.jpg)
– Татьяна Егоровна, вы сами посчитали, что «Тагильскому рабочему» скоро 120 лет, или это мы напомнили, пристав с интервью?
– Для меня эта арифметика «ожила» в 2006 году: в Екатеринбурге в архиве нашла ту, самую первую газету. В руках ее держала! Оформление премьерное – «Рабочий №1». Содержание – события 1905 года. С коллегами этот номер размножили на ксероксе, и каждому сотруднику редакции сделали подарок к 100-летию газеты. Это было уже в тагилпрессовский период...
– А давайте с самого начала начнем, с первого захода в «Тагильский рабочий».
– Он случился в конце 1978 года. Пришла из «Тагильского металлурга». Там, в многотиражке, выпускница библиографического факультета Ленинградского института культуры первые журналистские шаги делала. Редактор «Тагильского рабочего» Александр Дмитриевич Ермаков обратил на мои публикации внимание и пригласил в газету городскую.
Редакция тогда была очень мощной по составу. Журфак Уральского государственного университета только-только «влил молодую кровь», распределил в Нижний Тагил выпускников: Владимира Васютинского, будущего собкора газеты «Neues Leben», выходившей на немецком языке, Василия Ягушкина – будущего редактора «Тагильского рабочего», Бориса Кортина – будущего собкора центральных газет России и автора нескольких книг.
А рядом пишут, верстают, редактируют корифеи журналистики – ветераны-фронтовики. Елена Ильинична Рамм, Сергей Антонович Копаев, Андрей Михайлович Тереб. Они были настоящие учителя наши. По жизни и по газетному делу.
– Плечи расправлялись от того, что вы с легендарными людьми делаете одно дело?
– Еще бы! Похвала от той же Елены Ильиничны много значила. И, разумеется, когда пишешь материал о героях, прошедших войну, за советом первым делом к нашим фронтовикам: точно ли я назвала пулемет, правильно ли описала атаку.
Других наставников тоже не забудешь. Моим куратором была Ада Алексеевна Егорова. Доставалось мне от нее, скажу я вам. Драила, как палубу драит матрос, над которым стоит суровый боцман. Бывало, плакала я: ведь институт культуры закончила, что ж со мной, как с первоклассницей… Но все это пошло на пользу!
– И как вы считаете: без таких головомоек настоящего журналиста не вырастить, или надо юнкора по голове гладить, приговаривая, какой он талантливый и способный?
– И то, и другое должно быть: и кнут, и пряник. Поддерживать тоже нужно, особенно начинающих.
Темпы у нас, газетчиков 1970-1980-х, были очень высокие. «Тагильский рабочий» выходил пять раз в неделю. Для информаций с наших полос слово «вчера» было самое дорогое. Для нас – самое желанное. И бегать за ним каждому приходилось рысью!
Газета была органом горкома КПСС и Нижнетагильского городского Совета депутатов трудящихся. Понятно, что все вопросы партийной жизни и все пленумы-конференции мы освещали. Так же, как и работу депутатов. Это, кстати, было интереснее. Ведь здесь большая часть материалов посвящалась выполнению наказов избирателей.
– Как у вас это методологически получалось? Поделитесь опытом, Татьяна Егоровна!
– Мы просто шли туда, где наказ был обещан к выполнению. И смотрели, что изменилось, разговаривали с тагильчанами, с народными избранниками. По-репортерски держали руку на пульсе и добивались, чтобы наши публикации были действенными. Это – обязательное требование. В газете – постоянные рубрики «Сигнал услышан», «После выступления «Тагильского рабочего».
У нас в арсенале было оружие, бьющее точно в цель – наши фельетоны. Сегодня этот жанр, к большому сожалению, забыт. А тогда хороший фельетонист был настоящей кадровой удачей редакции. В «Тагильском рабочем» это понимали, мастерство передавали из поколения в поколение: Борис Минеев, например, учился у Сергея Копаева – тагильского классика жанра.
Доводилось с колкой заметкой выступить и мне. Помню такой случай. Центральная городская библиотека направила нам жалобу. Дескать, многие читатели на абонементе книги берут и вовремя не возвращают. Месяцами. Несмотря на напоминания. Среди таких невозвращенцев оказался майор милиции. Довольно известный человек, в уголовном розыске служил. Я написала фантазию – классики русской литературы делятся своими размышлениями по поводу. Как Гоголь к этому относится, Салтыков-Щедрин… Над майором смеялась вся милиция. Безусловно, он не был этим доволен, но книжки-то быстренько в библиотеку принес.
Бракоделам из службы быта, коммунальщикам от нас доставалось. По письмам, по обращениям тагильчан выходили наши публикации. Да с рисунком!
А вообще, любое событие в стране, а уж тем более в городе, всегда находило отражение на страницах газеты. В этих отражениях – хронология всех тагильских строек. Материалы шли под рубриками «Трамвай – на Выю», «Трамвай – на Гальянку», «Дом быта – в строй».
– А настроения в коллективе, климат?
– Он всегда был дружеским. Отмечали вместе праздники, поздравлялись творчески, пожелания озвучивали с намеком. Например, на юбилей редактора «Тагильского рабочего» появлялась эпиграмма:
Чтоб выглядел всегда отлично:
Здоровым, бодрым, энергичным.
И делал все, что только может,
Чтоб мы так выглядели тоже.
Когда вышел знаменитый горбачевский антиалкогольный указ, мы на День печати в редакции построили наших мужчин, дали им в руки текст песни. Ты бы видела, с какими кислыми физиономиями, как заунывно они затянули:
Вы шумите, шумите надо мною, березы.
Разгулявшийся ветер, камыши раскачай.
Я сижу в этот вечер, как огурчик, тверезый,
Алкашей презираю, пью один только чай.
И от зелья похмелье утром мучить не будет.
И улыбкой счастливой дома встретит жена.
Ну а рубль утаенный отнесу добрым людям –
В городское правленье, там, где трезвость одна.
Для тех, кто не помнит, в Тагиле активничало общество трезвости во главе с правлением. И взнос был – один рубль.
– О женах-мужьях вопрос: семьи в редакции создавались?
– Конечно! Василий Васильевич Ягушкин, еще будучи молодым корреспондентом, женился на бухгалтере редакции Вере Александровне. И мы всем «Тагильским рабочим» в однушке, которую Вася получил, гуляли на свадьбе. Сколько нас там набилось и как мы все поместились, теперь уже и не ответишь. Но это была одна из самых веселых свадеб на моей памяти.
Без ложной скромности замечу, креатива нам было не занимать. Выпускали сатирическую внутриредакционную газету «Тяп-ляп». В ней высмеивали сами себя: все наши глупости и ошибки, от незнания допущенные, или в спешке. Один из журналистов, рассказывая о фронтовике, написал: «Его солдатские сапоги прошли по дорогам освобожденной Европы». Через несколько часов появился выпуск газеты «Тяп-ляп». Рисунок: сапог на карте. Или кто-то выдал: «Какой интересный был круиз по селам Пригородного района». Естественно, в «Тяп-ляп» – морской лайнер на полях…
– Кто это подмечал и рисовал?
– Тогда у нас был художник Алексей Николаевич Кирпиков. Легендарный человек с очень интересной биографией.
– Браво! Какие вы молодцы!
– Так прошли мои незабываемые 11 лет в «Тагильском рабочем». Потом по направлению горкома партии работала ответственным редактором городского радиовещания. А оттуда, после событий 1991 года…
– Переходим к вашему второму заходу в газету.
– Тогда многие в бизнес подались. И мне предлагали. Я выбрала журналистику. Да вопрос и не стоял. Какой, к черту, бизнес? Перо есть в руках, ремесло, которое мне дали в «Тагильском рабочем». Стала заместителем директора холдинга «Тагил-пресс». А это – городское радио, «Горный край», журнал «Пульсар» и «Тагильский рабочий».
– И каким был период?
– Самым жутким. Зарплату месяцами не платили, в коллективах – брожения. Уговаривали людей, потерпите… Но все преодолели! В 2006 году громко и достойно отметили 100-летие главной городской газеты. Книгу выпустили, посвященную этому юбилею и виновникам торжества, газетчикам. Целый том в серии «След на Земле».
Нижний Тагил и газета «Тагильский рабочий» дали мне замечательную профессию. За мою работу в уважаемом 120-летнем издании не стыдно: все делала на совесть и в силу способностей.
– Так про ваше поколение и говорят – все делали на совесть. Может, есть еще более искренняя метафора, на которые вы – мастер, Татьяна Егоровна. Какие вы были тогда, какими вас сделал «Тагильский рабочий»?
– У нас ведь не было рекламы. Нам в голову не приходило, чтобы хорошо рассказать о чем-то и денежку за это запросить. «Тагильский рабочий» нас сделал такими – на заказ мы не работали. Я, пожалуй, и до сих пор не умею…
