У России не два, а три союзника

- Учась в семинарии, глубоко изучаешь историю, поэтому я никогда не воспринимал Украину как отдельное государство, - рассказывает отец Павел. - Мы один народ, а так называемая мова - это малороссийский диалект русского языка, который искусственно изменили, потому что с конца XIX века японские, австро-венгерские, польские разведки работали над тем, чтобы оторвать эту часть населения от России, а для этого нужно было через украинство обособить часть русских от собственного народа. У меня на той стороне, кстати, есть родственники, русские, и мы не общаемся – люди находятся под информационным колпаком, транслируют националистическую пропаганду.

Отец Павел наблюдал за майданными событиями с 2013 года, сопереживал жителям Донбасса, был восхищен мужеством русских людей, давших отпор вооруженной хунте.

- Началу СВО был рад: наконец-то у нас хватило суверенитета и сил вступиться открыто за русских людей! Есть пророчества православных святых о том, что в XXI веке Россия, Украина и Белоруссия объединятся в триединую Русь. Поэтому в начале спецоперации я увидел начало будущего единства. Путь этот, конечно, долгий и трудный. Очень хотелось самому попасть на фронт, но понимал, что из-за послушания в епархии, пастырского служения вырваться не получится. И вот в прошлом году, улучив момент, получил благословение от владыки, пройдя через необходимые согласования. В Кировграде есть известный волонтер, руководитель благотворительного фонда «Быть рядом» - Максим Джермакьян - он организует отправку на фронт гуманитарной помощи, которую собирают всем миром. Желающих ехать с ним было всегда много, в декабре напросился и я. Ехали три дня, не раз приходилось останавливаться из-за «взбесившегося» навигатора, т.к. на больших развязках были антидроновые помехи. Четыре дня жили в пригороде Донецка - сортировали, отгружали и развозили гуманитарку с базы. Ездили и на Херсонщину, где также базируются бойцы, наши земляки. Принимали всюду очень радушно, с благодарностью.

Привезли ребятам груз уже под ночь, ехали часов девять. Собрались обратно, но бойцы уговорили остаться. Откуда-то возник огромный чан плова, но тут зашли наши земляки и предложили проехать к ним - отведать шашлык. Проговорили до глубокой ночи, пели песни под гитару. Порадовало, что многие ребята верят в Иисуса Христа, чтут православную церковь, - продолжает он.

- Было в поездке то, что удивило, заставило задуматься?

- Удивительно, как там сходятся люди - почти мгновенно, времени на знакомство нет. Обратил внимание, что ребята, имеющие награды, часто совсем не похожи на «крутых вояк». Помогал нам в разгрузке тихий, худощавый, интеллигентного вида человек - я думал, гражданский волонтер. А потом в одну из частей приехали, а он в блиндаже. Оказалось, не первый год воюет, штурмовик. Скромный человек, верит в Бога.

Мы слушали, как ветераны вспоминали тяжелые кампании – многие пережили страшное. При этом они умудрились сохранить трезвость ума, человечность, не озлобились. Никого не проклинают, хотя у них есть на это право, особенно у местных, которые за 12 лет понесли большие потери, остались без домов, без родных.

Лично меня, как типичного городского жителя, поразил суровый военный быт. Одно дело репортажные съемки, а другое, когда ты лично это все видишь. Конечно, парни стараются как-то обжиться… Но для нас, изнеженных людей, уже жизнь в окопах и землянках кажется невыносимой, а что говорить о передовой? - сокрушается отец Павел.

Солдаты, конечно же, очень устали, но не хотят гнилого мира. Понимают, что, если все поставленные президентом задачи не будут выполнены, противник перевооружится и нападет с новой силой.

И вот еще запало в душу. На базе мы пересеклись за чашкой чая с одним бойцом - казахом. Рассказал, что сам некрещеный, а жена у него русская и православная. И перед командировками на СВО они идут вместе к батюшке в храм – за благословением.

- Действительно, туда, «за ленту», на защиту русского мира идут независимо от веры и национальности. Именно там начали с гордостью говорить: «я - русский татарин», «русский чеченец», «русский бурят»… В окопах проявляется уважение к другой нации, к другой культуре, вере, и при этом объединяет всех любовь к общей огромной Родине. Разве это не говорит нам о переменах в сознании людей?

- Если, например, дагестанец говорит: «Я - русский дагестанец» – для меня, как русского, это честь. Потому что кавказские народы очень чтут свои традиции и веру. На нас они смотрят с ожиданием, что у русского человека проснется национальное самосознание. Мы очнулись, но сильно преклонение перед всем западным. Веру православную только формально исповедуем, ходим в храмы разве что святить куличи на Пасху, а жить по-христиански не хотим. Спецоперация, увы, не заставила задуматься об исправлении своей собственной духовной жизни, она не наполнила храмы, она далеко, в телевизоре и на смартфоне. Совсем иначе думают наши соотечественники в приграничной зоне.

Я в юности был подвержен вражеской пропаганде. Но в 2011-м, когда в стране началась попытка майдана на Болотной, стал больше интересоваться, читать. Стал понимать, кто и как пытается использовать наше невежество для своих целей. Всеми силами разрушали страну, а она устояла, и это прямая заслуга президента, хотя я никого не идеализирую, - отмечает отец Павел.

- При том, что весь мир в кризисе и войнах, среди патриотов не утихают споры между апологетами коммунизма-ленинизма и приверженцами монархии, дореволюционной России. Что интересно, в обоих лагерях есть православные люди. Неужели через столько лет невозможно примирение «белых» и «красных»?

- Красно-белый раскол для единения русских людей точно вреден. Когда крайности спорят – мира они не найдут. Я не ностальгирую по монархии и не демонизирую советский период, точно против замалчивания достижений дореволюционной России, искажения образа последнего императора Николая и его семьи. Не понимаю, для чего надо ставить под сомнения достоинства и прорывы советского периода. Это все наша история. Конечно, я против оправдания репрессий. Просто хочется трезвого взгляда на историю без идеализации и умолчаний. Много раз в нашей истории мы стояли на краю, и Господь нас подхватывал. Сегодня на наших глазах меняется мироустройство - капитализм в том виде, что был, уже невозможен. Мы становимся свидетелями зарождения нового миропорядка, и вряд ли он будет благостным. Что делать? Пора вспомнить, что у России всегда было не два, а три союзника: армия, флот и Русская православная церковь, - подводит итог отец Павел.