Вчера был здоров, а сегодня…
Утро. Телефонный звонок.
- Говорят, сын попал в аварию. Как и что случилось - неизвестно. Был в лесу, врезался в дерево. Сказали, в реанимации с тяжелой травмой, - вспоминает тот день Ольга Владимировна, мама Максима.
Он находился в больнице Невьянска. Срочно требовалась компьютерная томография головного мозга, чтобы исключить кровоизлияние, но необходимого аппарата там не было. На помощь вызвали бригаду неврологов. Диагноз оказался тяжелым: сильный ушиб головного мозга, два перелома основания черепа.
- Первое ощущение было такое, что хотелось выйти на улицу и кричать. Вчера сын здоровый, а сегодня врачи предрекают печальный исход, - рассказывает мама.
Транспортировать Максима в другую больницу было опасно. Но мать, которая в одно мгновение потеряла привычную почву под ногами, не могла просто ждать и нашла выход. Через четыре дня сына доставили в Екатеринбург.
Врачи боролись с ателектазом легкого - состоянием, при котором часть легочной ткани теряет воздушность и перестает полноценно участвовать в газообмене. Максим впал в кому на 26 дней.
- Мы приезжали каждый день. Не оставляли его одного, чтобы чувствовал наше присутствие, - говорит Ольга Владимировна.
Рядом с ней был муж Михаил. Он не родной Максиму по крови, но в те дни родство измерялось совсем не этим.
- Такие ситуации проверяют семью на прочность. Не каждый родной отец выдержит такое. А Михаил был рядом постоянно, помогал и словом, и делом, - отмечает Ольга Владимировна.
Когда беда приходит в дом, невозможно заранее знать, кто сумеет выдержать ее тяжесть. И помощь Михаила стала для них одним из доказательств, что близость определяется готовностью остаться в нужный момент.
«Давай никого не будем слушать»
На 27-й день Максим пришел в себя. Сознание оставалось спутанным: он не понимал, кто его окружает и где находится. Чтобы поддерживать жизнь, врачи установили трахеостому и гастростому - специальные трубки, необходимые для дыхания и поступления пищи.
Затем семья услышала слова, которые трудно принять любому родителю: врачи оценили состояние Максима как вегетативное.
- Грубо говоря, это значит, что человек останется растением. Для меня это был шок, хотелось рыдать. Муж говорил: «Давай никого не будем слушать, не будем сдаваться», - делится Ольга Владимировна.
Мать переживала за сына настолько, что на фоне стресса образовалась язва, началось кровотечение. Ее госпитализировали. Тогда члены семьи Гнип боролись с недугами на двух фронтах.
В то время Ольга Владимировна работала медсестрой в госпитале. Однажды коллега увидела ее - похудевшую, бледную, измученную тревогой - и решила напомнить случай, подтверждающий, что врачи иногда недооценивают человеческий организм.
- К нам попал пациент - участник чеченской войны. По результатам обследований врачи считали, что его мозг утратил свои функции и восстановить их невозможно. Однако спустя год после выписки мужчина пришел в госпиталь самостоятельно, на своих ногах. Каково было наше удивление! Мы были в шоке. Поэтому верить в чудо стоит, - вспоминает разговор с коллегой Ольга Владимировна.
Для нее это была не просто история о чужом выздоровлении, а напоминание: пока человек жив, нельзя заранее ставить точку.
Работа без выходных
Два месяца врачи постепенно восстанавливали работу разных систем организма Максима. Но сознание по-прежнему не возвращалось так, как надеялась семья. В какой-то момент Ольге Владимировне сказали, что дальнейшее пребывание сына в палате не имеет смысла и его пора выписывать.
- Директор с бывшего места работы Максима, Роман Владимирович Жданов, очень нам помог. Он оплатил клинику института мозга, в которой Максим пролежал около месяца. По сей день молюсь за каждого, кто помог нам, - говорит Ольга Владимировна. - В той клинике появился первый проблеск надежды. Максим начал реагировать на окружающий мир: когда ему давали телефон, он нажимал кнопки.
Затем была реабилитация в клинике. Близкие учились правильно заниматься с Максимом, помогать ему восстанавливать утраченные навыки, замечать малейшие изменения и не останавливаться. Постепенно он начал узнавать родных.
Спустя шесть месяцев после аварии Максиму убрали трахеостому и гастростому. После выписки началась настоящая работа - день за днем, час за часом. Никакого волшебного восстановления за одну ночь. Только режим, упражнения, терпение и бесконечное повторение того, что раньше давалось само собой.
- Позавтракали, потом лечебная физкультура, логопедия, дальше - артикуляционная гимнастика. Следующей по расписанию шла прогулка, потом нужно было немного постоять. Целыми днями работали, все записывали в тетрадь: сколько поел, сколько выпил воды. Учились всему заново, словно с новорожденным ребенком, - со слезами на глазах рассказывает Ольга Владимировна.
Тысячи повторений, тревожные дни, усталость, необходимость начинать снова, даже когда кажется, что вчерашние усилия не принесли результата.
Ольга Владимировна продолжала работать медсестрой, возвращалась домой и снова становилась для сына человеком, который помогал ему учиться жить. Уволиться она не могла: семья лишилась бы необходимого дохода. Поэтому ей приходилось совмещать работу с уходом.
Спустя год после аварии Максим научился держать ложку. Сегодня это может показаться обыкновенным движением. Но для него и его мамы за этим стоял целый год борьбы. Потом он начал учиться ходить. Сначала - по комнате, держась за близких. Затем - на ходунках, уже на улице. Каждый новый шаг был маленькой победой.
Одной из главных помощниц в его восстановлении стала тетя Ольги Владимировны - Нина Ефимовна. Каждые два дня она, словно на работу, приезжала из Нижней Туры к Максиму. Всю жизнь Нина Ефимовна работала детским хирургом, а на пенсии продолжила помогать - теперь родному человеку.
- Материнская молитва очень сильная. Произошло чудо. Сколько докторов ни смотрело, все говорили, что после такой травмы снова начать ходить, быть адекватным… Вера в чудо должна быть, - уверена Ольга Владимировна.
Авария изменила не только здоровье Максима, но и жизнь всей семьи. Испытания обнажают отношения, показывая, кто выдерживает их тяжесть, а кто - нет. Первое время жена Максима приезжала к нему вместе с детьми. Но позже перебралась в другой город, сказав: «Любви давно нет, одной жалости мало».
Эти слова стали еще одной болью на пути, который и без того был тернистым. Но при этом Максим благодарен бывшей жене за сыновей, а Ольга Владимировна - за внуков, которых та подарила семье. Каждое лето мальчишки приезжали к отцу. Сейчас старший вырос и решил вернуться в Нижний Тагил, поступил в строительный колледж.
«Оля, примите уже эту реальность»
С момента аварии прошло 12 лет. На полное восстановление Максима ушло около трех. Сегодня он заочно учится в Уральском государственном горном университете, работает инженером в компании «ГАЗЭКС» и встретил любимую женщину. Жизнь, которую когда-то едва не оборвала авария, продолжается - со своими планами, работой, отношениями и будущим.
Ольга Владимировна считает, что одним из главных условий выздоровления стало то, что семья вовремя объединилась и не позволила беде разобщить их. Рядом были Михаил, Нина Ефимовна, брат нашего героя Павел и другие люди, которые помогали, поддерживали, находили необходимые средства и не давали опустить руки.
- К нам приходила врач-терапевт, которой я всегда говорила, что Максим встанет и будет ходить. А она отвечала: «Оля, примите уже эту реальность, он никогда не встанет, перестаньте фантазировать», - рассказывает мама.
А она продолжала делать то, что считала необходимым. И однажды Максим действительно пришел к этому врачу своими ногами. Человек, который когда-то советовал смириться с неизбежным, увидел, как далеко могут привести материнская вера, упорство и ежедневный труд.
Сегодня Максим работает, учится, любит и строит планы. За его спиной - 12 лет жизни после аварии, а за каждым шагом - долгие месяцы восстановления. Он говорит об этом коротко и с улыбкой:
- Жизнь одна, поэтому ее надо жить.
