Мы встретились с ним спустя несколько дней после официального назначения. И разговор довольно быстро ушел от кадрового решения к тому, что для самого полковника, судя по всему, важнее должности - к службе.
- С полным энтузиазмом, в тонусе, - говорит он.
А дальше перечисляет главные задачи начальника гарнизона: безопасность жителей, улицы без криминала, защита имущества, борьба с преступностью.
Нижний Тагил - это не только город с крупными районами. В зону ответственности управления входит и пригородная территория, а значит, ежедневно в систему поступают тысячи сигналов, заявлений, сообщений. Как одному руководителю удерживать в поле зрения все сразу?
- Благодаря личному составу, руководителям территориальных отделов полиции, - объясняет Гафаров. - Каждый находится на своем месте. Это мои помощники, мои заместители. Вся информация стекается ко мне, и уже вместе определяем, где необходимо усиливаться.
Если появляется проблема с безопасностью дорожного движения, усиливают именно это направление. Если проседает экономический блок, разбираются с ним. Где требуется помощь областного главка, ее запрашивают.
Руководитель, по его логике, не должен пытаться лично заниматься всем. Его задача - видеть картину целиком и понимать, где именно сейчас требуется вмешательство.
Но, пожалуй, интереснее всего говорить с полковником о той части службы, с которой он начал профессиональную жизнь и о которой до сих пор говорит с особой интонацией.
Три бессонные ночи
С уголовным розыском у него связана практически вся служебная биография. После школы милиции, где учился оперативно-розыскной деятельности, Венер Газинурович начал службу участковым в Кумертау. В 2013 году перешел в уголовный розыск старшим оперуполномоченным по имущественным преступлениям. Параллельно занимался борьбой с незаконным оборотом наркотиков. В 2016-м возглавил отдел уголовного розыска отдела полиции №19 Тагилстроевского района. Затем были должности заместителя начальника по оперативной работе, а в 2023 году - начальника отдела полиции №17.
- К подразделению уголовного розыска я очень трепетно и тепло отношусь, - признается он.
И почти сразу вспоминает историю, случившуюся в Нижнем Тагиле в 2013 году. Тогда оперативники вышли на группу, занимавшуюся распространением наркотиков через интернет. Сначала установили одного человека, затем тех, кто работал с ним. В результате была ликвидирована целая сеть.
Другой эпизод произошел в новогодние праздники 2013-2014 годов. Обычная на первый взгляд работа с одним задержанным постепенно вывела оперативников на следующего сбытчика, затем еще на одного - и в итоге на организатора.
Три дня понадобилось, чтобы пройти всю цепочку.
В кино такая история заняла бы несколько минут экранного времени. В реальности между первым подозрением и задержанием последнего участника - часы наблюдений, разговоры, анализ информации, оперативные мероприятия. И очень много работы, которой зритель никогда не увидит.
Именно поэтому образ оперуполномоченного уголовного розыска, который сформировали фильмы и сериалы, Гафаров считает слишком утрированным.
- Это интеллектуальная работа. Работа с населением, с конфиденциальной информацией: нужно продумывать все шаги злоумышленника наперед, - объясняет он.
«Логическая борьба» - так он называет эту работу.
Задержание для оперативника не становится финальной точкой. Нужно найти похищенное имущество и вернуть его потерпевшему. Понять, куда ушли деньги. Довести собранную информацию до следствия и суда. А потом помнить о тех, кто вышел из мест лишения свободы.
В Нижнем Тагиле тема особенно заметна: в городе и его окрестностях расположено немало исправительных учреждений.
- Осужденные освободились, мы взяли их «на карандаш». Есть понимание, кто за что отбывал наказание и от кого ожидать определенных действий, - говорит Венер Гафаров.
Преступление ушло в телефон
В последние годы появились факторы, изменившие работу уголовного розыска. Преступник все чаще действует не в Нижнем Тагиле.
- Нахлынула волна киберпреступности, - говорит полковник полиции.
Мошенники могут находиться в другом городе, использовать чужие номера, подставные счета, вымышленные имена. Физического следа может не быть вовсе. Но остаются денежные переводы, счета, цепочки обналичивания - и огромный массив цифровой информации.
В этом случае оперуполномоченному приходится искать преступника уже не по дворам, квартирам или машинам, а по движению денег и цифровым следам.
- В ходе аналитики мы устанавливаем злоумышленников по всей России, - рассказывает начальник полиции.
Теперь в работе все больше места занимает не только раскрытие уже совершенных преступлений, но и попытка остановить человека до того, как он переведет деньги. Профилактика должна идти постоянно.
Проблема в том, что мошенники тоже не стоят на месте. Сегодня они представляются сотрудниками банка, завтра - силовых структур, послезавтра придумывают новую историю, в которой человек должен срочно спасать деньги, сообщать код или выполнять распоряжение «руководителя».
Пауза перед переводом денег иногда оказывается важнее самого сложного оперативного мероприятия.
В беседе с нами Венер Газинурович говорит о службе языком оперуполномоченного: установить, проверить, отработать, найти, довести до результата.
Для человека, который начинал с оперативной работы, должность изменилась. Принцип доводить дело до конца - остался.
